NKB (nkb) wrote,
NKB
nkb

  • Mood:

Простое Изобилие - 6 октября

6 октября


Дауншифтинг: как понизить скорость
Вещи не меняются; меняемся мы.
Генри Давид Торо



Вот чего Генри Давид Торо никак не собирался делать – так это записываться в ряды святых-покровителей простоты. Он вообще-то нашел себе место топографа-землемера в Конкорде, Массачуссетс, чтобы хоть немного перебиваться, – на писательский гонорар было не прожить. В течение многих лет Торо был фактически хранителем всех доступных дорог и путей вокруг города, и жители Конкорда подтверждали: хорошо работает. А вот муниципалитет ему зарплату платить тем не менее отказался. И тогда несостоявшийся сотрудник городских служб вздохнул, увязал в узелок свои ручки, бутылку чернил и бумагу, одолжил у соседей топор, и отправился к Уолденскому пруду – проводить эксперимент над своей жизнью.

Более чем полторы сотни лет спустя, в 1990-е, эксперимент Торо подвергся пересмотру и получил новое название – «дауншифтинг». Такое словечко, изначально означавшее «переключение на более низкую передачу», придумала Эми Зальцман, бизнес-писатель. Обозначает оно недавно возникший, новый тип работников, задающих тон на предприятиях своим отказом ставить рабочие интересы и приоритеты выше личных, и позволять работе управлять их жизнью. Подобно Торо, данная когорта профессионалов выбирает не гнаться за карьерно-ориентированными и быстро продвигающимися по служебной лестнице коллегами. Устанавливая для себя пределы карьерного роста, они замедляют его, чтобы посвятить больше времени и творческой энергии своим семьям, обществу, в котором живут, и личным потребностям. Зальцман описала различные пути достижения данной цели просвещенными скаутами-первопроходцами, которые тем не менее добились в жизни подлинных успехов, в своей наводящей на многие размышления книге «Дауншифтинг: Новое определение успеха, достигнутого медленнее».

Исследовать тенденцию к дауншифтингу Зальцман начала в конце 1980-х. В то время она работала в Нью-Йорке главным редактором журнала «Успех». А параллельно с этим – изо всех сил пыталась не выпустить из-под контроля собственную жизнь, сохраняя в ней азарт «интеллектуальной и творческой возможности помогать новым публикациям утвердиться в отрасли с высоким уровнем конкуренции». Но, как она пишет в своей книге, «я уже начинала чувствовать все возрастающее недовольство политикой журнала, определяющего типичный успех в очень узких и эгоистичных терминах».

Чуть позже случайная встреча с подругой, которая работала редактором в другом журнале, укрепила недоверие Зальцман к быстрому карьерному росту. Подруга, уже приняв типичную стартовую позицию «Пора бежать, позвоню, как-нибудь пообедаем вместе», чтобы ринуться вдоль по Мэдисон Авеню, вдруг спросила у Зальцман, как дела. И та поведала подруге, что «дела хорошо, работа интересная, хоть я и не позволяю ей владеть моей жизнью безраздельно; пару вечеров в неделю занимаюсь добровольчеством, много читаю, а еще пишу повесть, которую, по-моему, никто никогда не опубликует, но я от нее все равно тащусь».

Такое расслабленное отношение к жизни, как вспоминает Зальцман, лишило ее подругу дара речи, потому что она была «не в состоянии постичь идею того, что я не так уж занята на работе, и наслаждаюсь этим». Но Зальцман действительно «приняла сознательное решение жить немножко помедленнее». И в соответствии с этим решением она, к примеру, не пошла на повышение, потому что точно знала, что новая должность съест слишком много ее свободных вечеров и выходных. «И к тому же, как бы впечатляюще ни звучало мое новое звание, я не могла быть уверенной в том, что оно мне подходит на данном этапе моей жизни. Тем не менее принять такое решение было отнюдь не просто, и мой выбор долго меня глодал и мучил. А когда я увидела подругу – то поняла, почему. Ведь оказалось, что когда мы прекращаем вечное движение вперед, ставя перед собой все менее достижимые, более высокие и впечатляющие цели, если мы не выглядим так, словно постоянно и безумно заняты, то мы становимся скучны и превращаемся в неудачников».

Но, хотя жизнь Зальцман и могла показаться стороннему наблюдателю именно такой – скучной и неудачной, - ее решение замедлиться помогло ей «ощутить жизнь более полно, понять, что она существенно интереснее и ценнее, чем я вообще когда-либо считала». Замедлившись, Эми Зальцман совершила открытие: «быстрый карьерный рост заковывает нас в кандалы стандартов и правил, запрещающих жить подлинно успешной, счастливой жизнью».

Начиная поиски подлинного стиля работы, мы можем сделать это ее открытие – своим.

Tags: NKB - Творческое, simple abundance, simple abundance - 10, Мои Переводы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments